Адвокаты Олега Баскакова

Дело врача Баскакова: 8 лет за милосердие

27 августа в Свердловской области суд вернул прокурору уголовное дело по обвинению врача-гинеколога Олега Баскакова в незаконном сбыте наркотиков. Пока доктор остается обвиняемым, и ему грозит восемь лет лишения свободы – за то, что проявил сострадание к тяжело больной пациентке: хотел дать ей сильнодействующее обезболивающее, оставшийся после смерти его матери.

Интересы Олега Баскакова в суде представляют адвокаты АК «Магнат» из Екатеринбурга: Георгий Краснов и Анна Южакова при поддержке известного адвоката Сергея Колосовского. Есть ли состав преступления в этом деле, по их мнению, и каковы шансы получить оправдательный приговор?

Что произошло?

События, послужившие основой для возбуждения уголовного дела, произошли в марте 2019 года. 24 числа вечером на «скорой» в городскую больницу города Новая Ляля была доставлена пациентка, имя которой приводить не будем: назовем ее Надеждой Архиповой. Врач-гинеколог Олег Баскаков, дежуривший в тот вечер, провел осмотр и диагностировал, что у нее полностью выпала матка. Кроме того, на органе обнаружилась язва величиной с ладонь, которая кровоточила. Женщина была госпитализирована. Доктор обработал рану и сменил памперс на более удобный.

25 числа от дежурной медсестры Баскаков узнал, что пациентка плохо спала. Как выяснилось, у нее была болезнь Альцгеймера, что вызывало неадекватное поведение. Когда врач пришел в палату, то обратил внимание на измученный вид женщины.

Чтобы она могла успокоиться, поспать и отдохнуть, он решил дать ей успокоительные препараты. Лекарство взял из личных запасов: после смерти матери, которая скончалась от лейкоза, у него осталось несколько ампул сибазона и трамадола. Еще совсем недавно такие препараты можно было приобрести в аптеке без рецепта, однако теперь они отнесены к группе сильнодействующих веществ.

С формальной точки зрения доктору надлежало действовать по определенной схеме. Сначала записать в историю болезни, что назначает препарат, затем сообщить об этом старшей медсестре, у которой хранятся ключи от сейфа в больнице, где лежат списочные лекарства. Далее было необходимо заполнить соответствующие документы. И только после этого – взять из сейфа препараты и провести инъекции пациентке.

Олег Баскаков все эти процедуры не выполнил. Врач объяснил, что на часах было вечернее время, старшая медицинская сестра уже собиралась идти домой. Времени на заполнение многочисленных бумаг не было. А он не хотел, чтобы больная женщина и следующую ночь провела, мучаясь от боли. Поэтому он достал свои препараты и поручил дежурной медсестре сделать пациентке укол. Когда та шла в палату, в коридоре ее встретила старшая медсестра, Татьяна Смердова. Забрав ампулы, она сказала, что пойдет к начальству и сообщит о том, что Баскаков собирался сделать.

Визит полицейских

Спустя два дня доктора навестили сотрудники полиции: сразу пять человек. Пришли впятером и стали задавать вопросы. По словам Баскакова, делали это в жесткой форме, оказывали психологическое давление, грозили, что его задержит полиция и посадит в камеру. Вытащили вещи из шкафа, перевернули постельное белье. Обнаружили ампулу трамадола.

Допрос происходил в одном из кабинетов местного роддома, который закрылся несколько лет назад. Врач здесь живет. В 2017-ом, когда он приехал работать в Новолялинскую больницу из Челябинской области, где начались сокращения медперсонала, ему обещали служебное жилье. Временно поселили в неработающем роддоме. Прошло почти два года, но вопрос со служебной квартирой местная администрация так и не решила. Гинеколог о сих пор проживает в больничной палате, где есть койка, старенький стол, шкаф, у которого нет дверей, раковина, стулья и тумбочка.

Врач Олег Баскаков

Так живет единственный в городе практикующий врач-гинеколог, работающий с экстренными больными. Правда, он сам видит в такой ситуации положительный момент: он всегда рядом, когда на «скорой» привозят пациента.

Единственная ампула трамадола, которая была найдена при обыске, стала основанием для возбуждения уголовного дела. Доктора не задержала полиция, но обвинили по двум статьям УК: о незаконном обороте сильнодействующих веществ с целью продажи (ст. 234, часть 1) и о незаконном сбыте наркотиков (часть 1 статьи 30 части 1 статьи 228.1). Максимальный срок лишения свободы, который грозил врачу по таким статьям – восемь лет заключения.

Поддержка коллег

Как говорит Олег Баскаков, сначала он испугался. Чтобы успокоиться, начал принимать клофелин. Однако спустя месяц разозлился: за что сажать, за сострадание к пациентке? На его взгляд, за это можно было получить дисциплинарное взыскание, но уголовное дело – это уже чересчур. Написал письма в разные инстанции: на большинство посланий ответа не получил.

Зато врача поддержали коллеги. Главврач больницы Татьяна Суровнева сказала, что выступит на его стороне, если будет суд.

На сайте «Врачи РФ» медики из разных уголков страны выражали врачу свою поддержку.

По словам врача-терапевта новолялинской больницы Нины Арсеньевой, которая тоже осматривала пациентку, показания, чтобы дать ей трамадол и сибазон, были. А то, что процедура оформления документов была нарушена, по ее мнению, заслуживает максимум обсуждения ситуации на консилиуме, но не уголовного преследования и не того, чтобы задержала полиция.

Многих удивляют действия старшей медсестры Татьяны Смердовой. Олег Баскаков рассказывает, что отношения между ними не сложились, медсестра могла накричать на него, используя нецензурную лексику. И это сыграло свою роль в его решении не обращаться к ней вечером 25 марта. Врач опасался нового конфликта.

Татьяна Смердова, со своей стороны, говорит, что личная неприязнь не была основанием для ее доклада о нарушении учетной процедуры. Но она согласилась со словами врача о напряженных отношениях между ними и заявила, что на него все время жаловались пациенты и медперсонал.

Она также сказала, что Баскаков угрожал ей физической расправой, когда узнал о докладной, и это видели другие врачи. Что касается упреков со стороны общественности, которым она подверглась после подачи докладной, то, по мнению старшей медсестры, она действовала по закону.

Другая медсестра больницы опровергла заявление Смердовой о постоянных жалобах на доктора со стороны пациентов и медиков, сказав, что у него были хорошие отношения с пациентами, и он неконфликтный адекватный человек.

Обвинения в сбыте наркотиков

К настоящему времени материалы по делу доктора Олега Баскакова заполнили целый том. Здесь приводятся формулировки обвинения.

 

  • Врача обвиняют в том, что с июля по март 2016 года им были куплены три ампулы трамадола (масса 6,23 грамма), причем в месте, которое не установлено, и у лица, которое неизвестно. Препарат хранился в тумбочке в кабинете закрытого роддома.
  • Продолжение фабулы – 25 марта 2019-го у доктора появился умысел продать сильнодействующие препараты, то есть трамадол.
  • Следующий пункт обвинения — Баскаков осознавал, что законных оснований назначить лекарство нет. Но взял две ампулы трамадола и передал их медицинской сестре, чтобы она сделала инъекции Архиповой.
  • Медсестра до пациентки не дошла, поскольку ампулы у нее изъяла старшая медицинская сестра больницы Татьяна Смердова.

В отношении сибазона в материалах дела имеются такие же обвинения. Том также включает рапорты сотрудников полиции, как проводился осмотр кабинета, и результаты экспертизы.

Есть показания других докторов больницы, которых привлекли как свидетелей. Они заявили, что Баскаков назначил лекарства без соблюдения законной процедуры, а также подтвердили, что пациентке было плохо, и она кричала. На вопрос о том, есть ли в самой больнице такие препараты, как трамадол и сибазон, ответы докторов разошлись.

Есть в деле и протокол допроса родственницы Архиповой. Она заявила, что не имеет претензий к Олегу Баскакову.

 

 

Мнение адвоката

По мнению адвокатов Георгия Краснова и Анны Южаковой, следственные действия по делу были выполнены «крайне формально и неполно».

 

  • Следователям не удалось даже приблизиться к существу дела. Оно состоит в получении ответа на вопрос, какая цель была у доктора и какими мотивами он руководствовался, когда принял решение назначить женщине препараты.
  • Следователи не приводят никаких данных о связи между назначением данных лекарств и их возможностью помочь пациентке вылечиться или облегчить симптомы.
  • Не был проведен допрос Архиповой, не выполнялась и экспертиза состояния ее психического и физического здоровья.
  • Следствие не принимало во внимание показания Баскакова о том, что болезнь пациентки протекала тяжело.
  • Обвинительное заключение составлено не в соответствии с требованиями уголовно-процессуального кодекса: в нем не указаны мотивы и цель врача, а также нет данных, как препараты могли повлиять на состояние здоровья пациентки.

Адвокаты Баскакова говорят, что видят в действиях доктора состав проступка дисциплинарного плана. Однако состава уголовного преступления, по их мнению, здесь нет. Юристы считают, что, как у врача-гинеколога, у Олега Баскакова были права назначить сильнодействующие препараты, даже при отсутствии доступа к ним. Из своих личных запасов он взял лекарства только потому, что был вечер, и соблюдение законной процедуры не позволило бы облегчить страдания пациентки до следующего дня. У адвокатов вызывает сомнение и факт наличия на тот момент в больнице таких лекарственных средств. Хотя в журнале есть запись об этом, руководство не может предоставить накладные или другие документы о покупке препаратов.

Все это, с точки зрения наших адвокатов, не позволяет суду принять законное решение по данному делу.

Адвокаты заявили о вопиющем характере этого случая и привели несколько оснований такого заявления.

 

  • Обвинения врача в том, что он сбывал сильнодействующие и психотропные вещества, вступают в противоречие с Постановлением Пленума Верховного суда России под номером 14, принятым 15 июня 2006 года. В этом документе написано, что введение таких лекарств, выполненное на основании медицинских показаний, нельзя считать их сбытом, соответственно, полиция не может задержать человека и обвинить его.
  • В деле Баскакова необходимо рассматривать две составляющие – процедурного и сущностного характеров. Нарушение порядка оформления сильнодействующих препаратов, действительно, имело место быть. Однако говорить об уголовном преследовании можно лишь в том случае, если бы врач решил дать женщине лекарство, которое ей не требовалось. А поскольку необходимость в назначении таких веществ существовала, с точки зрения уголовно-правового смысла сбыта сильнодействующих веществ не было.
  • Еще один пробел в деле – отсутствие данных о том, как доктор получил трамадол и сибазон. На ходатайство защиты о запросе медицинской документации умершей матери Олега Баскакова следователь не отреагировал. В то же время, в соответствии с Приказом Минздрава за номером 23н, возвращать оставшиеся после смерти лекарства врач не был должен.
  • По мнению юристов конторы «Магнат», экспертиза по установлению наличия у Архиповой показаний к применению сибазона и трамадола могла была полностью развалить дело. Если бы выяснилось, что такие показания имелись, умысел на сбыт пришлось бы исключить.
  • Назначение препаратов не имело никаких последствий для пациентки.
  • И, наконец, массы найденного у Баскакова препарата не хватает для возбуждения уголовного дела.
  • Как считают адвокаты, назначение лекарств по медицинским показаниям, даже с нарушением законной процедуры, не должно становиться основанием для уголовного наказания, даже условного. Это может быть поводом для дисциплинарного взыскания, не более.

Суд

Следствие длилось несколько месяцев. Все это время Олег Баскаков продолжал работать в городской больнице Новой Ляли.

Дело контролирует Татьяна Мерзлякова, уполномоченный по правам человека в Свердловской области. По ее словам, данное уголовное преследование никаким образом не относится к борьбе с наркотиками. Она полагает, что злого умысла у врача не было, он просто проявил сострадание к человеку. Что касается не соблюдения процедуры оформления документации, это необходимо рассматривать с точки зрения дисциплинарного нарушения. Аппарат омбудсмена предоставил для защиты доктора двух адвокатов, его интересы также защищает еще один юрист.

Первое заседание Новолялинского районного суда по этому делу состоялось 13 августа 2019 года. Судебные слушания проводились в закрытом режиме: пресса в зал не допускалась, поскольку в материалах дела содержится врачебная тайна. На первом же заседании защита заявила ходатайство о том, чтобы дело вернули прокурору, однако удовлетворено оно тогда не было.

На втором заседании, состоявшемся 27 августа, суд выслушал свидетелей защиты и специалистов-врачей. По решению суда дело Олега Баскакова было возвращено в прокуратуру. Формальным основанием послужили несоответствие названия препарата в экспертном заключении, который Баскаков передал медсестре, его наименованию в заключении обвинения, а также отсутствие конкретизации незаконности действий врача.

Судья Игорь Макаров указал, что материалы дела, которые были ему предоставлены, говорят о законности и обоснованности действий врача. Возвращение дела прокурору было инициировано самим судом и поддержано гособвинителем.

 

Врач гинеколог Олег Баскаков

Олег Баскаков, с одной стороны, рад такому повороту, но с другой, переживает, что он по-прежнему обвиняемый. Подписку о невыезде с него сняли, и он хочет поехать в отпуск, а в дальнейшем – найти другое место работы, уже не в Новой Ляле. По его словам, радоваться пока рано, ведь оправдательного приговора еще нет.

Что касается больной женщины, Архиповой, благотворительный фонд «Вера» планирует организовать для нее лечение в Москве, а также направить на осмотр к опытному психиатру.

Эта история – одна из многих в России, связанных с обвинениями в незаконном обороте наркотических средств людей, не имеющих отношения к незаконному сбыту наркотиков. Очередной процесс скоро начнется в Екатеринбурге: здесь обвиняют девушку, заказавшую за границей лекарство от шизотипического расстройства для себя. По версии следствия она является крупным контрабандистом наркотиков.

В то же время реальная борьба с наркотиками, похоже, дает мало результатов. С 2006 по 2014 годы число наркозависимых в России выросло с двух до четырнадцати миллионов, по данным ФСКН. У ООН цифры еще более пугающие – 18 миллионов. И купить наркотиков в нашей стране не составляет труда.

Пока правоохранительные органы заводят дела на врачей по 228 статье, защита опытных адвокатов помогает разрушить необоснованные обвинения.

 

Я текстовый блок. Нажмите кнопку редактирования, чтобы изменить этот текст. Разнообразный и богатый опыт постоянный количественный рост и сфера нашей активности требуют от нас анализа позиций.

Написать ответ или комментарий